Справочная информация

     

    Око за око, кровь за кровь

    Око за око, кровь за кровь — только так будем обращаться с неприятелем. Это самый быстрый способ победно завершить войну, а значит, и самый гуманный. Сегодня Германия поздравляет графа Цеппелина, увидевшего триумф своего детища, и благодарит его за то, что своим талантом и верой он подарил нашей стране чудо-оружие, подобного которому нет и не будет у англичан».

    С этого времени цеппелины стали частенько появляться над Англией, добираясь даже до Лондона. Тогда еще не существовало обыкновения затемнять окна в городах, но падающие бомбы быстро научили англичан использовать этот вид защиты, по крайней мере в тех районах, где существовала угроза бомбардировок.

    Из первых налетов немецкие морские дирижабли возвращались невредимыми, однако в середине 1915 года воздушные корабли стали нести потери от зенитного артиллерийского огня. 5 марта дирижабль L-8, возвращавшийся с бомбардировки Лондона, был подбит зенитным огнем в районе Ньюпорта и упал на бельгийском побережье. Экипаж успел уничтожить свой корабль буквально перед носом французских солдат, пытавшихся его захватить, и сдался в плен.

    Понятно, что потеря трех боевых единиц подряд не могла обрадовать Петера Штрассера, который планировал широкомасштабное воздушное наступление на Англию. Но машина тотальной войны была уже запущена. 6 марта ряды Дивизиона воздушных кораблей пополнились дирижаблем L-9, за которым через неделю последовали L-10 и L-11. Вместе с L-9 в апреле 1915 года заводы Цеппелина построили армейский LZ-39 объемом 24 900 куб. м. В апреле появился и армейский LZ-38 объемом 31 900 куб. м, на котором были установлены еще три мотора МС-Х. Остальные дирижабли этой серии оснащались четырьмя моторами. Таких дирижаблей, так называемой серии «р», было построено еще 19, от LZ-40 до LZ-58 включительно. К их производству подключились новые заводы в Ловентхалле, Штаакене и мастерские ДЕЛАГ в Поступиме. Воздухоплавательные заводы Цеппелина работали с максимальным напряжением. Дирижабли этой серии могли поднять полезный груз весом 13 950 кг на высоту 4300 м и развивали скорость до 97,2 км/ч. В армейском воздухоплавании эти корабли получили буквенное обозначение «LZ» и цифровое на 30 больше, чем заводской номер. Зачем это было сделано — мы расскажем позже.

    Одна из труднейших задач отряда морского управляемого воздухоплавания состояла в обучении запасных экипажей. Немедленно после мобилизации была открыта специальная школа, которую обеспечили непригодными для несения боевой службы старыми кораблями. Подготовкой аэронавтов руководил сам Хуго Эккенер, любимец старого графа, президент авиакомпании ДЕЛАГ, человек, в жизни которого была только одна любовь — дирижабли. Взяв обучение в свои руки, он быстро подготовил для фронта более пятидесяти экипажей, каждый в среднем по 20 человек. В обязанности Эккенера также входил надзор за постройкой эллингов для кораблей дивизиона во Франкфурте, Дюссельдорфе, Лейпциге, Потсдаме и Гамбурге. Его познания в области конструирования, постройки, эксплуатации и применения дирижаблей были столь исчерпывающими, а опыт воздухоплавателя столь бесценным, что кайзер особым приказом запретил Хуго Эккенеру участвовать в боевых вылетах цеппелинов.

    Неудивительно, что два таких фанатика дирижаблей, как Штрассер и Эккенер, прониклись взаимной симпатией, переросшей впоследствии в настоящую дружбу. Ганс фон Шиллер, один из самых опытных командиров дивизиона, так писал о взаимоотношениях Петера и Хуго: «Они были очень дружны. Эккенер всегда помогал Штрассеру советом, поддерживал своим авторитетом все его начинания. Между собой наши моряки называли своего командира «Господь Бог». Эккенер же получил прозвище «папа римский», потому что лучше него никто не понимал Петера Штрассера. Кроме того, Хуго Эккенер был нашим экспертом по метеорологии и эксплуатации воздушных кораблей.

    Их четырехлетнее сотрудничество оказало решающее влияние на послевоенное развитие дирижаблестроения. Без Штрассера мы бы не смогли построить целый флот боевых цеппелинов во время войны, а без Эккенера мы не имели бы ни «Графа Цеппелина», ни «Гинденбурга». Используя опыт, накопленный Штрассером за годы Первой мировой войны, доктор Эккенер сумел вдохнуть новую жизнь в угасшую было идею безопасного воздушного сообщения с помощью дирижаблей».


    Содержание